как правило, три дня.
Затем мы возвращались в свои гарнизоны, в свою очередь созывали офицеров по связи с прессой и передавали дальше по инстанциям информацию и инструкции.
В период между совещаниями мы пользовались у себя в гарнизоне телефоном и телетайпом для прямой связи с министерством. Министр имел возможность давать указания и приказы непосредственно офицерам по связи с прессой, минуя все промежуточные инстанции. Генерал, командовавший нашей группой военно-воздушных сил, вовсе не видел направляемых мне телеграмм. Я мог его попросить принять меня, чтобы его проинформировать.
Но по телеграфу или телетайпу передавались и распоряжения с особой пометкой, означавшей, что не следует осведомлять начальство об их содержании. По этому поводу полковник Шмюкле давал нам такие разъяснения: «В нашей работе мы имеем дело с многими такими вопросами, в которых генералы все равно ничего не смыслят. Зачем же их без нужды волновать? В политических же вопросах для нас имеет решающую силу мнение лишь одного человека — министра».
Офицеры по связи с прессой, распределенные по всему бундесверу, представляли собой независимый аппарат, орудие быстрой и целеустремленной обработки общественного мнения. Нас называли «империей Шмюкле».
Итак, на сей раз нас инструктировали в Мюнхене во Дворце спорта.
Бундесвер арендовал его на три дня и соответственно обеспечил охрану. Мы находились в своей замкнутой среде.
Полковник вручил мне, прибавив несколько любезных слов, альбом с мюнхенскими акварелями и выразил сожаление, что он вынужден был созвать совещание в день моего рождения. Я поблагодарил, а сердечная надпись на книге доставила мне особенное удовольствие.
Первый день был посвящен текущим делам. Вечером состоялась вечеринка при участии некоторых господ из баварского земельного правительства и представителей печати. За моим столом, кроме других гостей, сидел мой приятель — офицер по связи с прессой в военно-морском флоте, а также гражданское лицо — бывший заместитель председателя совета министров Баварии Йозеф Мюллер.
В Баварии его прозвали Зепп Медный Лоб. Это был известный политический деятель, многолетний председатель земельной организации ХДС; говорили, что он был замешан в событиях 20 июля и что через него осуществлялась связь с Ватиканом.
Мой друг, морской офицер